Print

Die Presse (Австрия): как банк превращается в технологического гиганта https://inosmi.ru/politic/20201201/248652253.html

Эдуард Штайнер (Eduard Steiner)

Автор отмечает нарастающую мощь технологических компаний в России. «Яндекс» давно уже не только поисковик, а «Сбер» — уже много лет как не просто банк. Кремль поощряет рост именно отечественных гигантов. Западным компаниям все труднее скупать перспективные компании и рынки, как они делали раньше.

Российский Сбербанк, принадлежащий государству и являющийся крупнейшим финансовым институтом в Восточной Европе, обладает не только бесконечными финансовыми возможностями. Теперь он превращается в технологический гигант, который объединит аналоги таких сервисов, как Amazon, Delivery Hero, Netflix и др. После нефтяного сектора государство в России начинает наступление, увеличивая свое присутствие в отраслях будущего. Насколько эти отрасли привлекательны, показывают успешные показатели другого российского игрока на нью-йоркской бирже на этой неделе.

Когда в 1841 году был основан Сбербанк, великому русскому писателю Федору Достоевскому было 20 лет. Хранил ли и он там свои сбережения, если не проигрывал их до этого в казино, неизвестно. Намного более известным является определение, которое он дал русским: быть русским значит быть православным. Правда, только часть населения относит себя к православной церкви. Зато сегодня, спустя почти 180 лет, есть другой объединяющий момент: почти каждый из 146 миллионов россиян хоть раз бывал в Сбербанке. 70% населения страны пользуются сервисами самого крупного банка России, да и всей Восточной Европы. Банк имеет 97 миллионов частных клиентов, 2,6 миллионов корпоративных клиентов, а также 14,2 тысяч филиалов в стране. Сбербанк представлен в 18 странах мира, в нем работает свыше 270 тысяч сотрудников.

 

Тем самым значение Сбербанка для России спустя 178 лет после его основания не только не снижается, но и стремительно растет. В последние годы этот процесс ускорился. Это связано, с одной стороны, с тем, что Центробанк, который до недавнего времени по странной традиции владел большей частью Сбербанка, с 2013 года начал расчищать разросшийся банковский сектор страны и закрыл большую часть из имевшихся в стране 1000 банков. На фоне ползучей национализации всех экономических секторов и массового исхода крупных зарубежных банков из России после финансового кризиса Сбербанк оказался в выгодном положении. Снижение конкуренции пошло на пользу именно частично государственному Сбербанку.

Исторические перемены

Это связано также с тем, что из-за продолжительного экономического кризиса после аннексии Крыма и падения цен на нефть в 2014 году некоторые банки оказались в нестабильном положении, что опять же сыграло на руку Сбербанку. Рост его значимости также связан с тем, что банк в 2020 году стал позиционировать себя совсем по-другому, чем раньше. Сбербанк предпринял крупнейшую смену курса в своей большой истории. Сбербанк теперь будет не только банком, но и технологическим мультиконцерном с портфелем, который на Западе трудно себе представить. Уже годом ранее был зарегистрирован новый бренд, а в конце сентября этого года представлен новый логотип. По сути, было усечено его название — теперь это просто «Сбер». Глава концерна Герман Греф назвал «целой экосистемой услуг» постоянно расширяющееся предложение онлайн-услуг для ежедневной жизни и бизнеса. Различные сервисы — от службы доставки (Delivery Club) и магазинов (СберМаркет) до телемедицины, услуг перевозок (CберЛогистика), такси и каршеринга.

Добавьте сюда еще управляемые Сбером порталы недвижимости и поиска работы, облачные сервисы, сервисы оплаты (SberPay) плюс музыкальные стриминговые сервисы. В большинстве случаев банк приобретает доли или целиком (как в случае с музыкальными стриминговыми сервисами), или через различные сервисы. С точки зрения Запада, может показаться странным, что банковский гигант, тем более государственный, хочет играть ключевую роль именно в перспективной сфере интернет-экономики. В России же этому никто не удивляется. Государство с приходом к власти Владимира Путина 20 лет назад стремится участвовать в экономике в роли игрока, а не только арбитра, как это было раньше, до Путина. Государство появлялось там, где сконцентрировано больше всего денег. Долгое время так было, прежде всего, с нефтяными концернами, практически все из которых были национализированы. Кажется, теперь на очереди и более молодые отрасли экономики.

Автономная Россия

Объем большой. Около 100 млн. интернет-пользователей в России — это самый большой по численности рынок в Европе. Рынок электронной коммерции, по данным агентства Data Insight, только в прошлом году вырос на 23 процента до 31 млрд. долларов, что соответствует показателям Индии и Канады, как недавно написало издание Wall Street Journal. Ожидается, что до 2024 года в среднем рост составит 33,2 процента в год, прогнозирует Data Insight. Как и по всему миру, коронакризис и в России дал толчок развитию различных онлайн-платформ. Старейшая в стране компания онлайн-торговли «Озон» использовала момент возросшего интереса инвесторов к технологическим компаниям развивающихся стран и вышла на этой неделе на нью-йоркскую биржу Nasdaq. В ходе IPO был привлечен почти один миллиард долларов. К началу торгов акции выросли на 42 процента.

Российской технологической отрасли есть что предложить

Как и Китай, Россия из-за размеров своего рынка и сильной тяги к самостоятельности, ищет собственные решения. Уже давно она начала запускать свои технологические концерны. Так Россия не дает вытеснить себя на обочину современного технологического мира. Таким же образом Россия препятствует покупке американскими гигантами отрасли. Поисковик «Яндекс» присутствовал на рынке еще до Google, отказался от продажи и до сих пор занимает в России позиции не просто сильнее, чем Google: эти позиции еще и диверсифицированы. «Яндекс» стал мультиконцерном с различными сервисами — от электронной коммерции до сервиса оплаты. «Яндекс» еще и предоставляет услуги такси, работая вместе с компанией Uber в качестве младшего партнера. В сфере социальных сетей миллиардер цифровой отрасли Павел Дуров уже давно создал в России аналог Facebook. Потом он создал еще и Telegram, конкурент WhatsApp, с более чем 400 млн. пользователей. Интересно, что этими огромными бизнесами в России Дуров руководит из-за рубежа.

А к уже упомянутой компании «Озон» в начале года интерес проявлял Amazon, но не была достигнута договоренность по условиям. Об этом сообщил акционер компании Владимир Евтушенков летом в интервью изданию Presse am Sonntag. Кроме того, если российская компания активно развивается, то ее как раз и нельзя отдавать иностранцам, отметил Евтушенков.

Научить слона танцевать

Такой взгляд характерен и для государства, для которого Сбербанк — одна из самых сильнейших компаний. Кремль долгое время предоставлял ему свободу действий в выстраивании доминирующей роли в финансовом секторе, а теперь ввиду своего скепсиса по отношению к частной экономике Кремль помогает «Сберу» продвигаться за пределы сырьевой отрасли. Не случайно «Сбер» сейчас позиционирует себя прежде всего как «спарринг-партнера», конкурента мультиконцерна «Яндекс». При этом Сбербанк долгое время считал «Яндекс» предпочтительным партнером для сотрудничества. К это точке зрения «Сбер» склонился после того, как сорвалось сотрудничество с Alibaba, китайским аналогом Amazon. Сейчас Сбербанк сотрудничает еще и с российским интернет-холдингом Mail.Ru Group. То, что банк теперь выходит на молодой и динамично развивающийся онлайн-рынок, говорит о развитии традиционного института. В свое время 56-летний Герман Греф обещал реформировать огромный Сбербанк, употребив фигуральное выражение — «я научу слона танцевать».

Греф — один из самых дальновидных и смелых представителей либерального крыла российского истеблишмента. В 2007-м году Греф перешел из руководства министерства экономики в руководство «Сбербанка». Имидж банка действительно изменился, идея сервиса закрепилась как отличительный признак компании. Банк довольно амбициозно исходит из того, что новые сервисы за рамками финансового сектора принесут ему за год 70 миллиардов рублей (780 миллионов евро), 3,4% от общего оборота. Не называя временные рамки, в качестве цели администраторы Сбербанка определили 20-30% от оборота. До 2024 года можно прогнозировать долю в 20%, отметили в конце октября аналитики в швейцарском банке UBS: «Мы думаем, что Сбербанк — один из лидеров в установлении российской экосистемы».

Прибыль

То, что он может вести бизнес, Сбербанк уже убедительно доказал в прошлые годы. Даже на пике экономического кризиса после аннексии Крыма в 2014 и 2015 годах он был почти единственным банком страны, который получал прибыль. В прошлом году прибыль составила 845 миллиардов рублей (почти 12 миллиардов евро). И в этом году он остается высоко рентабельным, хотя цель — капитализация в один триллион рублей — из-за коронакризиса еще не достигнута. На завтрашнем заседании станет понятно, насколько далеко идут амбиции экспансивного «осьминога». Одну амбицию оспорить никак нельзя — и в будущем ни один россиянин, православный или нет, не пройдет мимо Сбербанка.

Powered by Bullraider.com